Есть лица, по­доб­ные пыш­ным пор­та­лам,

Где всюду ве­ли­кое чу­дит­ся в малом.

Есть лица  — по­до­бия жал­ких лачуг,

Где ва­рит­ся пе­чень и мок­нет сычуг.

Иные хо­лод­ные, мёртвые лица

За­кры­ты решётками, слов­но тем­ни­ца.

Дру­гие  — как башни, в ко­то­рых давно

Никто не живёт и не смот­рит в окно.

Но малую хи­жин­ку знал я когда-то,

Была не­ка­зи­ста она, не­бо­га­та,

Зато из окош­ка её на меня

Стру­и­лось ды­ха­нье ве­сен­не­го дня.

По­и­сти­не мир и велик и чу­де­сен!

Есть лица  — по­до­бья ли­ку­ю­щих песен.

Из этих, как солн­це, си­я­ю­щих нот

Со­став­ле­на песня не­бес­ных высот.

(Н. А. За­бо­лоц­кий «О кра­со­те че­ло­ве­че­ских лиц»)

Есть лица, по­доб­ные пыш­ным пор­та­лам,

Где всюду ве­ли­кое чу­дит­ся в малом.

Есть лица  — по­до­бия жал­ких лачуг,

Где ва­рит­ся пе­чень и мок­нет сычуг.

Иные хо­лод­ные, мёртвые лица

За­кры­ты решётками, слов­но тем­ни­ца.

Дру­гие  — как башни, в ко­то­рых давно

Никто не живёт и не смот­рит в окно.

Но малую хи­жин­ку знал я когда-то,

Была не­ка­зи­ста она, не­бо­га­та,

Зато из окош­ка её на меня

Стру­и­лось ды­ха­нье ве­сен­не­го дня.

По­и­сти­не мир и велик и чу­де­сен!

Есть лица  — по­до­бья ли­ку­ю­щих песен.

Из этих, как солн­це, си­я­ю­щих нот

Со­став­ле­на песня не­бес­ных высот.

(Н. А. За­бо­лоц­кий «О кра­со­те че­ло­ве­че­ских лиц»)

Есть лица, по­доб­ные пыш­ным пор­та­лам,

Где всюду ве­ли­кое чу­дит­ся в малом.

Есть лица  — по­до­бия жал­ких лачуг,

Где ва­рит­ся пе­чень и мок­нет сычуг.

Иные хо­лод­ные, мёртвые лица

За­кры­ты решётками, слов­но тем­ни­ца.

Дру­гие  — как башни, в ко­то­рых давно

Никто не живёт и не смот­рит в окно.

Но малую хи­жин­ку знал я когда-то,

Была не­ка­зи­ста она, не­бо­га­та,

Зато из окош­ка её на меня

Стру­и­лось ды­ха­нье ве­сен­не­го дня.

По­и­сти­не мир и велик и чу­де­сен!

Есть лица  — по­до­бья ли­ку­ю­щих песен.

Из этих, как солн­це, си­я­ю­щих нот

Со­став­ле­на песня не­бес­ных высот.

(Н. А. За­бо­лоц­кий «О кра­со­те че­ло­ве­че­ских лиц»)